ЧЕБОКСАРЫ - СТОЛИЦА ЧУВАШИИ



Основное меню



Меню о Чувашии



  • chebox_1.jpg
  • chebox_2.jpg
  • chebox_3.jpg
  • chebox_4.jpg
  • chebox_5.jpg
  • chebox_6.jpg
  • chebox_7.jpg

Металлургические цеха в уезде

Металлургические цеха в уезде.

Металлургия, обработка металла и минералов в Чувашии не получили значительного развития. Так, в уже отмеченных выше «Материалах анкеты Шляхетского корпуса» указано, что в крае крупных «фабрик и рудных заводов не имеется». Металлообрабатывающая промышленность была представлена колоколенным и котельным делом. В начале XVIII века в Чебоксарах действовали три котельные избы, в его середине — четыре. Колоколенным делом занималось несколько человек, живших в Чебоксарах, и наибольшее развитие оно получило во второй половине века. Так, чебоксарский купец И.М. Московцев брал колокола для перелития из разных церквей (даже в Симбирском уезде). В первой половине столетия литьем колоколов занималась одна купеческая семья — Колокольниковы. В ходе пожара 1758 года сгорел колоколенный завод и припасы меди — 30 пудов, олова — 25 пудов Степана Колокольникова. Пострадала и котельная изба Арзамасцева. В 1765 году С. Колокольников жаловался в магистрат на конкурента в лице дьякона Григория Иванова, который построил себе колоколенный сарай и тем самым причинил ему убытки. Несмотря на просьбу Колокольникова сломать сарай и запретить дьякону «производить колокола», Иванов продолжал заниматься этим делом. Во время пожара 1773 года также пострадало колоколенное заведение Г. Визгина. В 1775 году в городе работали четыре колоколенных предприятия: А. Синцова, Г. Визгина, И. Арзамасцева, Г. Кемина, два котельных «завода» — Ф.Чернышева и А. Арзамасцева. В 1790-х годах, судя по материалам экономических примечаний Генерального межевания, в городе имелось два мещанских «завода», на которых отливались колокола из олова и меди. Применялся вольнонаемный труд (до 10 человек в каждом заведении). Готовая продукция сбывалась на Макарьевской ярмарке по цене 22 рубля за пуд.

Металлургические цеха в уезде-001

Владельцы «заводов» получали заказы на изготовление изделий. В 1774 году колоколенник И. Московцев переливал два колокола весом в 0,5 и 18 пудов. Купцы-колоколенники работали не только в Чебоксарах, но и уезжали в другие города. Так, в 1773 году купец Г. Кемин подал доношение в Чебоксарский магистрат с просьбой о выдаче ему «аттестата», подтверждающего его профессиональную пригодность. В 1781 году с аналогичной просьбой обратился Г. Визгин. В доношении он писал: «Имею я, именованный, искусство в произведении колоколенного литья, которое и произвожу, как в здешнем, так и в других городах, и ныне желаю я для отыскания литья тех колоколов отлучиться в разные городы и места... и, по искусству моему могу я колокола выливать всякого весу, но как в иных местах, не зная о том художестве и о состоянии моем, к литью тех колоколов допускать меня будут иметь сомнение, то на сей случай надлежит мне иметь от Чебоксарского магистрата письменное уверение». Обоим просителям магистрат выдал требуемые «аттестаты». В середине XVIII века тульский купец-промышленник И.Е. Федоркин провёл геологические изыскания возле населённого пункта Асановой Симбирского уезда (в настоящее время это – Шемуршинский район Чувашской Республики). Было принято решения о начале строительства производства на реке Бездне «железовододействуемой завод», но «точию за наглым недопущением» жившего в Чебоксарах надворного советника И.А. Соловцова и его сына отставного капитана И.И. Соловцова не сумел организовать производство. И.И. Соловцов, прибыв в Асанову в 1761 году, под угрозой требовал от чувашских крестьян сдачи ему в наем рудника и «принадлежащих к заводской потребности лесных угодий». Так Соловцовы основали здесь «железовододействуемой завод» по выковке металла прямо из руды. Завод выпускал ежегодно около 16 тонн железа. К началу 1780-х годов завод перестал действовать: «хотя железной руды как во оном, так и в других около лежащих местах весьма великое находитца множество, которая не глубже во внутренности земной лежит как от двух до четырех и до семи четвертей, но в разсуждении неспособности ее к деланию железа оной оставлен».

Металлургические цеха в уезде-002

Кирпичное производство.

В городе имелось небольшое кирпичное производство. В 1768 году чебоксарские жители Сергей и брат его Михаил Усковы обязались изготовить в сарае цивильского купца А.П. Перетрухина 80 тысяч кирпичей, но изготовили 48800. Купцы города, несмотря на то, что сырье было доступным, не вкладывали средства в развитие кирпичного производства. Имеющиеся в конце века три предприятия были не очень большими (имели по одному горну). Принадлежали они мещанам. Но вольнонаемный труд на них использовался. В каждом заведении работало около 10 человек, «кирпичные сараи» производили от 12 до 50 тысяч кирпичей в год.

Итак, многочисленные документы показывают, что купцы на своих землях, в том числе уездных, развертывали многоотраслевые хозяйства. Помимо промышленных заведений, они занимались и хмелеводством, птицеводством, овощеводством, хлебопашеством. Так, в хозяйстве купца И. Щепочкина, владельца винокуренного «завода» и крупного арендатора пахотных земель и сенокосов, в селе Алгаши Чебоксарского уезда содержалось 72 лошади, 22 головы крупного рогатого скота, 41 овца и 50 свиней и имелась пасека из 25 ульев. По данным 1769 года, купец А.Е. Кадомцев содержал большое хозяйство в деревне Яушеве Свияжского уезда, где одних лошадей было двадцать. В первой половине 1770-х годов купец Ф.И. Погуткин в деревне Четвертой Тинсарине засевал огромную площадь земли, содержал много лошадей, крупного рогатого и другого скота. Землевладельческие хозяйства купцов были почти полностью товарными.

Металлургические цеха в уезде-003

На многих купеческих промышленных предприятиях имелись работники. Их состав был различным. К первой категории относились крепостные дворовые люди и крестьяне купцов-промышленников. Еще до указа 1721 года, разрешавшего промышленникам покупку населенных вотчин к заводам, купцы, даже мелкие, практиковали покупку у помещиков дворовых людей и крепостных. Ревизия 1 (1721—1723) зафиксировала дворовых, работавших на винокурнях у чебоксарских купцов в следующем количестве: у А. Игумнова — 23, А. Плотникова — 15, Н. Котельникова — 10, А. Проскурякова — девять человек. После первой ревизии число дворовых людей у этих купцов возрастало. У многих купцов дворовые люди работали на мельницах. У чебоксарского купца И. Кадомцева на мельнице в деревне Ишаки работало два дворовых человека. Не ограничиваясь покупкой крестьян у помещиков, купцы-промышленники стремились закрепощать бобылей, солдатских сыновей, чувашских крестьян и прочих. В 1720-х годах купец гостиной сотни А. Проскуряков закабалил городского бобыля А. Михайлова и солдатского сына И. Иванова. В 1731 году чебоксарский бобыль В. Гаврилов, сын новокрещена-чуваша, с ведома администрации поступил в дворовые люди к чебоксарскому купцу Ф.Н. Котельникову. У купца В.П. Засыпкина продолжительное время жил в работниках крестьянин-чуваш из деревни Второй Пичурины П. Савгачев. В 1738 году купец окрестил работника и зачислил его в свои дворовые люди.