ЧЕБОКСАРЫ - СТОЛИЦА ЧУВАШИИ



Основное меню



Меню о Чувашии



Города Чувашии

Научное наследие Каховского

  • chebox_1.jpg
  • chebox_2.jpg
  • chebox_3.jpg
  • chebox_4.jpg
  • chebox_5.jpg
  • chebox_6.jpg
  • chebox_7.jpg

ОРГАНИЗАЦИЯ УЧЕБНОГО ПРОЦЕССА В ГОРОДСКИХ УЧИЛИЩАХ ЧУВАШСКОГО КРАЯ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX – НАЧАЛА XX ВЕКОВ

Арсентьева А.Н Петрянкина А.П. Чувашский государственный университет им. И. М. Ульянова

ОРГАНИЗАЦИЯ УЧЕБНОГО ПРОЦЕССА В ГОРОДСКИХ УЧИЛИЩАХ ЧУВАШСКОГО КРАЯ ВТОРОЙ ПОЛОВИНЫ XIX – НАЧАЛА XX ВЕКОВ

В российской системе образования XIX — начала XX вв. начальная школа занимала особое место. Именно она была наиболее распространенной и доступной для большинства населения страны. При сохранении сословной структуры общества складывающаяся школьная система должна была приспособиться под данную социальную характеристику. Это обстоятельство обусловило наличие в России большого количества типов начальной школы.

В разветвленной системе образовательных учреждений Чувашского края конца XVIII — начала XX вв. можно выделить следующие разновидности школ: малые народные училища, уездные училища, приходские училища, земские школы, «образцовые» училища министерства народного просвещения, церковноприходские школы, школы грамоты, городские училища по «Положению» 1872 г., высшие начальные училища, гимназии и прогимназии, реальные училища. Помимо данных школ общеобразовательного характера можно назвать учебные заведения, которые давали специальную подготовку, это учительские семинарии, ремесленные классы при уездных училищах и ремесленные школы. В Чувашском крае имелись также школы духовного ведомства.

Несмотря на наличие в образовательном пространстве Чувашии учебных заведений разных типов, особое место в нем занимали городские училища, так как они играли важную роль в связи с возросшим значением городов. Речь идет об Алатырском, Чебоксарском, Ядринском и Цивильском училищах, которые были открыты соответственно в 1787, 1789, 1791 и 1817 гг.

В своем развитии городские училища прошли достаточно сложный путь. Согласно историческим источникам термин «городские училища» имеет конкретные временные рамки и не распространяется на такой продолжительный период, как конец XVIII — начало XX вв.

Возникновение системы светского образования в России связано со школьной реформой Екатерины II. Ее содержание было определено Уставом народным училищам 1786 г. Документ заявлял об учреждении новых типов школы: малых и главных народных училищ, выполнявших соответственно функции начальной и средней школы. Синонимом для народных училищ было городское училище.

По мере дальнейшего развития российской школы народные училища подлежали реорганизации, когда на основе малых училищ появились уездные училища (в соответствии со школьной реформой Александра I начала XIX в.). На территории Чувашского края процесс этого преобразования начался в 1816 г. и продолжался до 1818 г. В 1872 г. было принято решение о преобразовании уездных училищ в городские. Выполнение этого закона в нашем крае началось в 1879 г. В 1912 г. городские училища Чувашского края стали преобразовывать в высшие начальные училища. После Октябрьской революции они были переведены в статус советских школ II ступени.

Как видим, термин «городские училища» не имеет прямого отношения ко всем этапам развития российской школы. Однако в то же время налицо прямая связь между малыми, уездными, городскими и высшими начальными училищами. Под этими названиями в разное время скрывается история одной и той же школы. Поэтому для удобства обращения мы используем термин «городские училища» применительно к школам, выполнявшим функцию главной школы уезда в Чувашском крае.

Архивные материалы, свидетельствующие об организации учебного процесса в малых народных училищах Чувашского края в конце XVIII в., к сожалению, не сохранились. Поэтому мы можем лишь предположить, каково было их содержание на основе Устава народным училищам, подписанного Екатериной II в 1786 г.

Названный Устав содержал «учебный план» училищ, который назывался «Расположение учебных предметов и часов Главного народного училища». Согласно «Расположению...» ученики первого класса в основном учились читать: «Склады, чтение букваря, Правил для учащихся, Сокращенного катехизиса и Священной истории». И хотя это занятие занимало основную часть учебного времени, успехи учеников в этом деле шли небольшими темпами. Наряду с чтением проходили письмо и начальные сведения из области арифметики. С первого класса должно было начинаться изучение латинского и иностранного языков. Можем допустить, что данное требование в школах Чувашского края выполнить было сложно в силу отсутствия соответствующих специалистов.

В зависимости от степени сложности учебные занятия были распределены следующим образом: занятия, которые проводились до полудня, после полудня, после отдыха, занятия рисованием.

Во втором классе учащиеся проходили в основном те же самые предметы, что и в предыдущем, но уже более углубленно. Новым учебным предметом для второго класса училищ были начала арифметики. Недельная нагрузка для обоих классов была одинакова — 30 часов. Срок обучения в малых училищах был два года.

Перечень приводимых учебных предметов свидетельствует о том, что малые народные училища давали элементарные знания. Общеобразовательные предметы изучались лишь в старших классах главных училищ. В малых училищах (их учебные планы совпадали с планом двух первых классов главных) учили в основном чтению, письму и счету. Правительство, учреждая малые народные училища, рассчитывало получить грамотных, умеющих хорошо писать и считать людей, знающих основы православной веры и правила поведения, необходимые в обществе. Выпускники малых народных училищ могли продолжить учебу в главных училищах, благодаря принципу преемственности, положенному в основу их учебных планов. Устав определял учебные предметы, учебники, учебные пособия для народных училищ, число учителей и их учебную нагрузку. В малых училищах рекомендовано было иметь 2 учителя.

Автор школьной реформы Ф.И. Янкович считал, что соответствующие учебники, учебные и методические пособия, с одной стороны, и хорошо организованная подготовка учителя, с другой, могут обеспечить нормальное развитие новой школьной системы. Именно поэтому в уставе точно указывалось, по каким учебникам должны вестись занятия, и каким педагогическим и моральным требованиям должен соответствовать облик учителя.

Вначале XIX в. в связи с реформами Александра I начался новый этап в развитии российской школы. Итогом этих преобразований стало то, что малые народные училища подлежали преобразованию в уездные училища, ставшие одной из ступеней российской системы образования. Они предназначались для детей низших городских слоев: ремесленников, мелких торговцев. Уездные училища имели перед собой две цели: готовить учащихся к продолжению образования в гимназиях и готовых заниматься практической деятельностью. Для них был установлен двухгодичный срок обучения.

Изменение статуса малых училищ повлекло за собой широкие преобразования, затронувшие абсолютно все аспекты их функционирования, начиная от содержания учебного процесса, завершая материальной базой школы и т.д. В учебном плане были представлены: Закон Божий и Священная история, чтение книги о должностях человека и гражданина, российская грамматика, чистописание, всеобщая и русская география, всеобщая и российская история, арифметика и начала геометрии, физика и биология (естественная история), рисование и технология. Как видим, по сравнению с содержанием работы малого училища произошли существенные изменения. Уездные училища давали своим ученикам общеобразовательную подготовку.

Наряду с перечисленными предметами, в уездных училищах предусматривалось преподавание латинского и немецкого языков. Однако данное условие стало соблюдаться в большинстве школ только с начала XX в. Для преподавания всех вышеназванных дисциплин училищу предписывалось иметь двух учителей. Деление учебных часов между учителями предполагалось такое: один преподавал религиозно-нравственные дисциплины, второй — общеобразовательные.

«В уездные училища поступают всякого звания ученики из училищ приходских, также и все получившие в других местах начальные сведения в предметах, преподаваемых в училищах приходских. Прием учеников бывает один раз в год, по окончании открытых испытаний». Как видно из документа, никаких сословных ограничений для поступления в школу не было, необходимым условием было только прохождение испытания.

Срок обучения в уездных училищах равнялся трем классам, каждый из которых соответствовал одному году. Однако по причине нехватки преподавателей чаще всего обучались только 2 года. Занятия здесь велись с 1 августа до 1 июля следующего года, учебная нагрузка на неделю составляла 28 часов.

В соответствии с охарактеризованным выше нормативным документом строили свою работу и расположенные на территории Чувашии уездные училища. В делопроизводственной документации часто можно встретить такую приписку, что преподавание учебных предметов в училище «основывалось на уставах и положениях и по одобренным в Министерстве руководствам». В 1819 г. директором училищ Казанской губернии С. Николаевым в Цивильское уездное училище была прислана копия учебного плана за подписью директора Департамента народного просвещения Василия Попова, заверенная секретарем Совета Казанского университета бароном Врангелем, который предполагал изучение предметов: Пространный катехизис, Чтения из Священного писания, Российская грамматика, Чистописание, Правописание, Правила слога по книге, приспособленной к практическим упражнениям, наиболее употребительным в общежитии, Краткая всеобщая география, совокупно с начальными основаниями математической географии и описанием Российского государства, Краткая всеобщая история с употреблением археологической таблицы, Краткая Российская история, Арифметика, Начальные правила геометрии, Первые начала физики, Рисование. Можно предположить, что подобная копия изучения учебных предметов дирекцией училищ Казанской губернии была отправлена во все остальные уездные училища губернии.

Перечень приведенных учебных предметов свидетельствует об общеобразовательном характере образовательного процесса в уездном училище. Если данный архивный документ сравнить с отрывком из устава 1804 г., определяющего круг изучаемых предметов, расхождение сводится к отсутствию естественной истории и иностранных языков. Что касается естественной истории, то это объясняется тем, что уже с 1815 г. в правительственном курсе в сфере образования наблюдается поворот от либеральных настроений к консервативным, затем и реакционным тенденциям, и в 1817          г. соответствующие изменения в работу школы начали постепенно проникать. Соответственно, не только в школах Чувашского края, но и в остальных уездных училищах России естественная история к 1819 г. перестает преподаваться.

Преподавание иностранных языков в уездных училищах Чувашского края испытывало серьезные трудности. В первой половине XIX в. организовать изучение немецкого и французского языков в соответствии с нормативами ни одно из четырех училищ края не смогло (кстати, это было характерно не только для училищ нашего края). Одним из первых наладило преподавание иностранного языка Чебоксарское уездное училище. В архивных документах говорится, что в 1849 г. здесь преподавались следующие предметы: Закон Божий, Российский язык. Арифметика, Геометрия, История всеобщая, Русская история, География, Черчение и рисование. «Сверх того... введено, в виде опытного, преподавание языков латинского, французского и немецкого»8. Класс иностранных языков, в который поступило 10 человек («6 учеников из сословий дворян и чиновников и 4 из мещан»), был открыт 12 января 1849 г. Постоянное преподавание немецкого языка не только в Чебоксарском, но и в других училищах было утверждено лишь с 1 декабря 1906 г. Предмех был необязательным, ученики Чебоксарского училища платили за его учение 10 рублей в год дополнительно, а учитель получал соответственно 90 рублей.

В 1827 г. в учебный план уездных училищ был введен новый предмет — славянский язык (чтение и письмо в первом и втором классах), прежде всего для тех учеников, которые готовились поступать в высшие учебные заведения.

Руководством учебных заведений значение не всех предметов оценивались одинаково. В Ядринском уездном училище особое внимание уделяли Закону Божьему, «ибо ученость, как сказано в одном предписании, без знания веры богооткровенного, не может поставить благонадежного военного и гражданского чиновника». Так, было установлено каждодневное чтение Нового Завета до начала занятий. Книга «О должностях человека и гражданина» была заменена чтением евангелистов, а в 1826 г. Главное правление училищ предписало учителям употреблять для сравнения с упоминаемыми в истории лицами примеры из Библии.

Внимание к этому предмету в последующие годы будет еще более возрастать (в соответствии с тенденциями развития государственной политики по отношению к школе). В документах Ядринского уездного училища отмечалось, что «С 1835 года и далее определенная новым Уставом учебная часть шла своим чередом без всяких изменений, исключая Закона Божьего. Замечено, что при тогдашнем порядке преподавания Закона Божия по уездным училищам ученики, выбывающие из сих заведений прежде окончания курса, не получают необходимого понятия о догматах Православной церкви; ибо катехизис назначено проходить только в третьем классе, а в первых двух учение ограничивалось Священною историей Ветхого и Нового Завета. Чтобы отклонить это важное неудобство, комиссия Духовных училищ, для достижения предположенной цели, т.е. не только оканчивающие полный курс в указанных училищах, но и выходящие из оного после обучения в первых двух классах, получали достаточные понятия в Законе Божием, нашла необходимым ввести следующее распределение преподавания оного: в первом классе преподавать краткую Священную Историю, Краткий катехизис по книге, изданной от Святейшего Синода, под названием «Начатки христианского учения», во втором классе ... первую часть Пространного катехизиса, а в третьем ... остальные его части».

В 1828 г. в соответствии с правительственной политикой в области школьного образования произошли очередные изменения. Назначение данной школы правительство через школьный устав 1828 г. определило следующим образом: «Училища уездные, открытые для людей всех состояний, в особенности предназначены для того, чтобы детям купцов, ремесленников и других городских обывателей, вместе с средствами лучшего нравственного образования, доставить те сведения, кои по образу жизни их, нуждам и упражнениям, могут быть им наиболее полезны». В связи с этим преобразования коснулись и содержания обучения в уездных училищах. Согласно новому уставу в перечне изучаемых предметов были представлены: закон божий, священная и церковная история, русский язык, арифметика, геометрия, география, сокращенная всеобщая и российская история, чистописание, черчение и рисование, т.е. по сравнению с предыдущим школьным уставом 1804 г., выбыли предметы естествознания.

Устав на уездные училища возлагал также задачу профессиональной подготовки. С учетом конкретных условий и возможностей можно было открывать дополнительные курсы. Здесь могли готовить специалистов в области судопроизводства, коммерческого дела и бухгалтерии, механики и технологии, сельского хозяйства и садоводства.

Поступить в уездное училище можно было, пройдя испытание, т.е. сдав экзамен. В зависимости от уровня знаний ребенка его определяли в тот или иной класс. Устав гласил, что учеба была бесплатная: «За учение не определяется никакой оплаты». По-прежнему в конце учебного года от учеников требовалось пройти испытание, по результатам которого они переводились в следующий класс.

О выполнении учебной программы Цивильского уездного училища в 1835/36 учебном году было сказано, что в первом классе учениками «из Российской Грамматики пройдено до слова сочетания; первая часть Арифметики всей; сверх того ученики занимаемы были чтением, чистописанием и решением Арифметических задач; из Катехизиса до символа веры; из Священной Истории до 3-го периода 4-го отделения. Ученики, значимые под номерами 1, 4, 5 и 6, обучились рисованию; во втором классе ученики проходят «из 2-го числа Арифметики до десятичных дробей; из Грамматики Российской до правописаний и некоторых букв согласных; из Российской Истории до третьего периода; из Всеобщей Географии до Швеции; из Землеописания Российской Империи до Кавказских областей; сверх того ученики занимаемы были изучением Нового Завета, чистописанием, правописанием, сочетанием грамматических задач, решением задач Арифметических»; в третьем классе учениками училища «пройдено из Катехизиса до третьего члена символа веры; из Российской Грамматики до сложного периода; из Арифметики вторая часть пройдена вся; сверх сего ученики занимались практическими упражнениями в Русском языке и решением Арифметических задач; из Географии до Австрийской империи; из Всеобщей Истории до четвёртого периода; из Истории Российского Государства до нашего периода; сверх сего ученики занимаемы были показанием мест на карге и глобусе и чистописанием»; ученики приготовительного класса «занимаемы были чтением, письмом, изустным учением Краткой Священной Истории; сверх сего же проведено четыре правила первой части Арифметики». Перечисленные предметы говорят о сохранении общеобразовательного характера Цивильского уездного училища.

В материалах Цивильского уездного училища сохранилась информация об учебной литературе на 1835 г. Преподавание предметов велось по учебникам и специальным методическим пособиям, среди которых можно назвать «Древнюю Географию» Стафенгагена, «Краткую Риторику» Мерзлякова, «Начальные основания физики» Кузена, «Начальные основания математики» А. Г. Кесткера, «Историю Государства Российского» Н.М. Карамзина, «Основания Алгебры» Леонгарда Сейнера, «Географические карты пяти частей света» и др.

Устав допускал, что в соответствии с потребностями региона в преподавание могут быть включены и другие предметы. В 1840 г. по просьбе Казанского губернского оспенного комитета в Ядринском уездном трехклассном училище было введено изучение оспопрививания. Преподавание должно было вестись в свободное время не более 1 часа в неделю весь третий год обучения. Оно было поручено уездному врачу с обязательством представлять в дирекцию училища через каждые полгода ведомости об успеваемости. «Но это распоряжение осталось без исполнения. Ядринский уездный врач, Николай Алексеевич Воскресенский, невзирая на предписания начальства относительно обучения оспопрививанию учеников уездного училища, ни разу не посещал классов; почему и успехов по сей части вовсе не было».

Официальные документы определяли не только перечень изучаемых предметов, но и объем времени, необходимого на их изучение. Однако, как показывала практика, абсолютное соблюдение всех этих условий было невозможно. По этой причине министерство допускало внесение некоторых корректив в учебный план. Особенно важно это было для школ, расположенных в национальных регионах. В них требовалось гораздо больше времени на изучение русского языка, т.к. родным языком для многих учащихся являлся другой. Это касалось и уездных училищ нашего края. В раде из них преобладали чувашские дети, особенно в Ядринском и Цивильском училищах.

10 марта 1848 г. педагогический совет Ядринского уездного училища обсуждал вопрос об использовании чувашского разговорного языка при объяснении урока. В училище большинство учеников было чувашской национальности и, естественно, родным языком для них являлся чувашский язык. На заседаниях педагогического совета неоднократно поднимался вопрос о преподавании русского языка, говорилось о необходимости больше заниматься практическими упражнениями, «чтобы ученики почувствовали сами и на самом деле увидели нужду в правилах грамматических в будущей своей жизни, так как бы все это было делаемо на деле, а не на бумагах; ибо практика на бумаге, как мы замечаем, убивает много времени бесполезно, и притом мучает самого преподавателя». В целях лучшего усвоения правил русской грамматики директор уездных училищ Казанской губернии неоднократно направлял предписания с тем, чтобы ученики, начиная со второго класса, один раз в полгода писали сочинения на русском языке. Впоследствии в число проблем, обсуждавшихся на заседаниях педагогического совета, стали включаться вопросы о темах сочинений, представленных учителем русского языка. Похожая проблема была и в Цивильском уездном училище.

Выше было сказано, что в 1849 г. в числе изучаемых предметов были Закон Божий, российский язык, арифметика, геометрия, история всеобщая, русская история, география, черчение и рисование. Надо заметить, что преподавание всеобщей истории начиналось со второго класса, а русской истории и геометрии — с третьего. Кроме названных предметов, в Чебоксарах ученики за дополнительную плату проходили иностранные языки.

Согласно учебной программе Чебоксарского уездного училища на 1848/49 учебный год работа была организована так: по Закону Божьему ученики первого класса изучали Ветхий и Новый Завет и Краткий Катехизис, во втором классе — «О вере из пространного Катехизиса», в третьем — «О надежде и любви»; по русскому языку: в первом классе — «предварительные понятия слово произведения, об имени существительном и прилагательном, о местоимении и глаголе»; во втором — «спряжение глаголов неправильных, о наречии, предлоге, союзе и междометии и словосочинение до управления посредством падежей и с предлогами»; в третьем — «о согласовании и управлении слов падежами без предлогов и с предлогами, о периодах и употреблении знаков препинания»; по арифметике в первом классе давались понятия «от отвлеченных чисел до дробей», во втором — «от дробей до отношений», в третьем — «от отношений до возвышения чисел в третью степень»; геометрию проходили только в третьем классе, изучали «сначала до измерения площадей прямолинейной фигуры»; по географии программа в первом классе включала «краткое понятие о математической географии и физические обозначения пяти частей света», во втором классе изучали «политическую географию Европы», в третьем — «описание Российской империи и политическую географию Европы и северных государств»; во всех классах занимались повторением и черчением географических карт на аспидных и больших стенных досках; по всеобщей истории во втором классе изучали древность, а в третьем — историю Римской империи и средневековье; русская история преподавалась только в третьем классе и предполагала изучение событий «до дома Романовых»; по рисованию и черчению в первом классе «ученики занимаемы были деланием обрисов частей человеческого тела; черчением начальных правил архитектуры и фасадов», во втором и третьем классах рисовали «части человеческого тела и ланшафты», чертили «фасады, архитектурные украшения и географические карты».

Данный документ по сравнению с аналогичным на 1835/36 учебный год более подробно расписывает разделы и темы, изучаемые в рамках изучаемых предметов.

В 1872 г. было принято решение о реорганизации уездных училищ в городские. В связи с этим произошли некоторые изменения в учебном плане. Чебоксарское городское училище в своей деятельности руководствовалось учебными планами, утвержденными министерством народного просвещения, в которые с 1882/83 учебного года, с разрешения Попечителя Казанского учебного округа, были внесены определенные изменения с тем, чтобы облегчить учебный процесс для вновь поступивших учеников, более равномерно распределить учебный материал и тем самым улучшить качество обучения:

«1) по Закону Божьему положено проходить: в 3 отделении — историю Ветхого завета, а в 4-м — историю Нового Завета, в 5-м — церковную историю и Богослужение, и в 6-м — катехизис и повторение всего курса. (Проходят же: во 2 классе (3 и 4 отделения) один год историю Ветхого Завета, другой — Нового Завета; в 3 классе — один год церковную историю, другой — Богослужение и катехизис; кроме этого, 6 отделение повторяет весь курс); 2) по естествознанию сделаны такие же изменения: во 2 классе один год оба отделения проходят зоологию, а другой — ботанику и минералогию, в 3-м один год проходится устройство человеческого тела, классификация животных, растений и минералов, а другой — физика; 3) по географии в 3 классе один год проходится русская, а другой — общая; 4) программою положено знакомить учеников со склонениями и спряжениями слов со 2 отделения; вышеупомянутым же распоряжением разрешено этот отдел отнести на 3 отделение; 5) по арифметике программою положено в 1 отделении ограничиться изучением чисел до 30, а во 2-м — до 100; проходится же: в 1 отделении — до 100, а во 2-м — четыре действия над простыми числами любой величины. В 4 отделении положено пройти элементарный или подготовительный курс простых дробей, а в 5-м — систематический. Проходится же: в 4 отделении весь курс простых дробей, а в 5-м — десятичная дробь». Были внесены изменения и в объем часов, отводимых на изучение учебных предметов.

С изменением учебных программ менялась и учебная литература, обновлению литературы содействовало то, что она со временем устаревала, а общественное развитие требовало новых знаний для подготовки хороших специалистов. В 1881 г. книга для чтения во 2 классе «Сборник статей из образцовых произведений русской словесности» Невзорова (часть первая) была заменена сборником для классного чтения «Родина» Радонежского. В 1887 г. во 2 отделении 1 класса по славянскому языку вместо Евангелия была введена книга «Обучение церковно-славянской грамоте» Ильминского. В 1888 г. во 2 отделении в дополнение к книге «Родное слово» (год второй) была введена книга для чтения «Городская школа» Павлова. Фундаментальная и ученическая библиотеки постоянно обновлялись и пополнялись.

В 1904 г. учебная программа Алатырского городского училища была дополнена курсами «новых» иностранных языков — французского и немецкого. Программы курсов были схожими.

В младших классах детей обучали французскому языку по так называемому натуральному методу. Вначале ученики заучивали названия окружающих предметов в классе, знакомились с названиями предметов школьной и домашней обстановки. Учащиеся должны были уметь давать короткие ответы на вопросы об окружающей обстановке, переписывать с доски тексты, заранее составленные ими же в классе. На первых уроках ученики знакомились со звуками французского языка, с формами французских букв, главными способами отображения звуков изучаемого языка в письме. После изучения письменного шрифта приступали к чтению печатного текста, обращая внимание на правильность произношения и уяснение его особенностей.

Во втором классе одновременно с чтением коротких статей и изучением относящихся к ним слов ученики должны были научиться пересказывать своими словами содержание статей, сначала в виде ответов на задаваемые учителем вопросы, а потом в виде самостоятельного изложения. Правила грамматики изучались и применялись в связи с чтением и изучением текста по мере того, как соответствующие примеры грамматики встречались в разучиваемых статьях.

В третьем классе, наряду с чтением, переводом и пересказом французских статей, ученики заучивали несколько стихотворений, которые потом пересказывали своими словами для закрепления грамматических правил.

Главное внимание педагоги обращали на то, чтобы учащиеся научились понимать французскую речь, вести на французском языке простые беседы об обыденных предметах, более или менее свободно читать легкие французские тексты.

В Цивильском высшем начальном училище 6 марта 1916 г. педагогический совет обсуждал вопрос о введении французского языка в учебный процесс, по желанию родителей, за ежегодную дополнительную плату в 3 руб. Намечалось проводить по 10 уроков в неделю: в первом классе — 2, во втором — 3, в третьем — 3, в четвертом — 2. Уроки должны были проходить 5 и 6 часами в расписании. Предполагалось выплачивать преподавателям по 45 руб. в год из суммы сбора. Но, скорее всего, французский язык так и не был введен: в расписаниях и учебных планах последующих лет он не упоминается. Возможно, это было обусловлено тем, что в 1916 г. здание Цивильского высшего начального училища было занято нижними чинами команды 2-го дивизиона 2-й западной артиллерийской бригады. В 1916/17 учебном году ученики были вынуждены заниматься в здании Цивильской женской гимназии, где им предоставили нижний этаж.

В целом учебный план городских училищ был достаточно гибким. Время от времени он пополнялся новыми предметами, которые должны были выявить наиболее способных учащихся. В 1911г. Императорское общество поощрения талантов и художеств издало специальный «Курс начального рисования училищ», составленный директором рисовальной школы общества академиком Е.А. Сабанеевым.

В Алатырском городском училище данный курс был воспринят с большим интересом. Учитель рисования и черчения Борис Кузьмич Музыкантов дополнил его, и с 1912 г. курс начального рисования включал:

  1. Рисование прямолинейных фигур;
  2. Рисование криволинейных фигур;
  3. Рисование листьев, цветов и орнаментов;
  4. Начальные правила перспективного рисования с натуры.

Данный предмет изучался со второго класса. Он позволил выявить шесть наиболее способных учеников, которые занимались рисованием дополнительно с учителем Б.К. Музыкантовым и самостоятельно. Это были Воротников Н., Малыгин М., Артемьев П., Догарин Н., Прудников И., Ногаев Н.

В связи с потребностями экономического развития региона Чебоксарское городское училище по мере возможности пыталось осуществлять профессиональную подготовку. Некоторое время при училище действовало ремесленное отделение, но с 1905/06 учебного года оно было закрыто «в целях экономии специальных средств», из которых финансирование ремесленной подготовки требовало 400 рублей в год. Также в этом направлении вначале XX в. были открыты педагогические курсы.

К началу XX в. количество начальных школ значительно увеличилось, в связи с этим все острей звучала проблема нехватки учителей для этих школ. В связи с этим Министерство народного просвещения решило учредить педагогические курсы при городских училищах, что подкреплялось Правилами 31 марта 1900 г. Целью курсов являлось «подготовить молодых людей, получивших низшее образование, к испытанию на звание учителя народного училища, знакомить их, теоретически и практически, с постановкой и ведением начального обучения».

В Чебоксарском городском четырехклассном училище такие курсы были учреждены в 1902 г. Изначально время обучения на курсах ограничивалось одним годом. В 1907 г. в связи с обсуждением вопроса о введении всеобщего обучения были разработаны правила о двухлетних и трехлетних педагогических курсах. При Чебоксарском училище курсы стали трехгодичными. А с 1 июня 1910 г. педагогические курсы при Чебоксарском училище стали носить смешанный характер, т.е. готовили не только учителей, но и учительниц.

Согласно Правилам, на курсы принимались без испытаний лица, достигшие 16 лет, окончившие с успехом полный курс обучения в городских, уездных и духовных училищах, а также получившие образование в других учебных заведениях в объеме не ниже курса городских по Положению 1872 г. училищ, но такие могли быть подвергнуты проверочному испытанию. В особых случаях принимались лица, не достигшие 16 лет, но не моложе 15, с условием выдачи им свидетельств на звание учителя начального училища по достижении ими 17 лет. С преобразованием курсов в трехгодичные были введены приемные экзамены по Закону Божьему, русскому языку и арифметике, а возраст курсистов ограничен рамками от 15 до 20 лет.

Для поступления на курсы необходимо было представить следующие документы: аттестат об окончании какого-либо учебного заведения (из выше упомянутых); свидетельство о рождении; медицинское свидетельство о состоянии здоровья; «свидетельство о своей благонадежности», если человек поступал на курсы не в год окончания какого-либо учебного заведения.

Официально занятия на курсах начинались 20 августа и заканчивались 1 июня. По характеру они делились на теоретические и практические. Теоретические занятия предполагали: «а) повторение и усвоение сведений по общеобразовательным учебным предметам в объеме экзаменационных программ; б) усвоение главнейших сведений из дидактики и методики начального обучения и ознакомления с наиболее употребительными в народных школах учебными руководствами и пособиями». В рамках практических занятий курсисты посещали уроки преподавателей в первом классе и в младшем отделении второго класса городского училища, составляли краткие отчеты или дневники об этих посещениях; сами давали пробные уроки, с предварительным составлением их планов и разбором данных уроков «в особых соображениях преподавателей и курсистов».

В число учебных предметов, изучаемых на курсах в 1902/03 учебном году, входили: Закон Божий, дидактика и педагогика, русский и славянский языки и их методика, арифметика, геометрия и их методика, история, география, чистописание, пение. С преобразованием педагогических курсов в трехгодичные этот список пополнился другими предметами (алгебра, физика и естествознание, рисование и черчение), было увеличено число часов на уроки пения. Также были введены гимнастика (врачебная гимнастика и военный строй) и предмет сельского хозяйства (сведения из садоводства и огородничества). В связи с этим руководство курсов ходатайствовало об отводе училищу дополнительной земли.

На трехгодичных курсах в первый год преподавались общеобразовательные предметы, на второй добавлялись «специальные предметы теоретического характера», на третий — «специальные предметы в связи с практическими занятиями в начальной школе».

На общеобразовательные предметы отводилось до 10 уроков в неделю, а на изучение специальных дисциплин по дидактике и методике начального обучения и практическим занятиям — до 12 уроков. Практические занятия начинались с середины сентября.

Учебные методические пособия, выбранные в руководство преподавателям педагогических курсов, с каждым годом дополнялись и обновлялись. Особое внимание при этом уделялось их содержанию.

Выпускные экзамены проходили в мае по программе, утвержденной министерством народного просвещения. Экзаменационная комиссия состояла из председателя — руководителя курсов, преподавателя предмета, по которому происходило испытание, и ассистента из лиц, преподающих на курсах. В 1916/17 учебном году на экзаменах присутствовал весь педагогический совет.

«Не оказавшие удовлетворительные успехи» могли быть оставлены на второй год. Лица, наиболее успешно окончившие курсы, получали право преподавания в двухклассных сельских училищах Министерства народного просвещения. Для этого их средний балл должен был соответствовать не менее 4,5 баллов. После сдачи всех экзаменов выпускники курсов получали свидетельство о праве преподавания в начальных народных училищах.

В Чебоксарском училище практиковалось проведение учителями дополнительных занятий. Например, учитель пения С. Иванов в 1907 г. давал вечерние уроки по обучению учеников игре на скрипке. Одно двухчасовое занятие стоило 30 рублей.

Преподавание предметов велось по учебникам и специальным методическим пособиям, среди которых можно назвать «Начатки христианского учения», «Русскую грамматику» Востокова, «Арифметику» и «Геометрию» Буссе, «Прописи русские», «Русский синтаксис» Перевельского, «Древнюю историю» Турунова, «Полную русскую историю» Устрялова, «Всемирную историю» Беккера, «Географические карты пяти частей света», «Руководство к умственным упражнениям при преподавании отечественного языка», изданное Егором Гугелем, и другие.

Время начала учебного года в уездных училищах было непостоянным и менялось в течение XIX в. трижды. До 1850 г. учеба начиналась с 1 августа и длилась по 20 июня следующего календарного года, а после, «с разрешения главного управляющего Министерства народного просвещения», соответствовал периоду с 1 сентября по 20 июля. Причина была вполне понятна, и с ней администрация ничего не могла поделать: «родители учащихся, отправляясь на Нижегородскую ярмарку по своим торговым делам, берут туда и своих детей в помощь себе, или же оставляют их за себя домом нянчить». Однако в 1872 г. было решено вернуться к первому варианту. Штатный смотритель Мыльников, оправдывая это решение, отметил: «Не думаю, чтобы в настоящее время родители учащихся во вверенном мне училище желали жертвовать интересами своих детей из мелких расчетов, отнимая у них и то короткое время, которое предназначено для образования их...». Тем более период с 20 июня по 1 августа он считает «самым жарким временем года, утомляющим не только учащихся, но и наставников их, а также наиболее удобным для отдыха и физического развития».

Прием учащихся в училище происходил в первой половине августа. Когда было 6 отделений, «от них, как неграмотных, никаких особых познаний не требовалось, и весь прием ограничивался проверкой возраста и состояния здоровья». С упразднением при всех городских училищах двух младших отделений приемные испытания в 1 класс этих училищ (бывшее 3 отделение) стали иметь уже характер основательной проверки знаний экзаменующегося за курс начальной школы. Нужно было сдать экзамены по следующим предметам: Закону Божьему, русскому языку (устно и письменно), арифметике (устно и письменно) и славянскому языку.

В течение учебного года учащиеся держали «месячные», «полугодичные» и «годичные испытания». Отметки ставились за «способности», «успехи» и «поведение». Также отмечалось, «сколько каждый ученик в течение означенного времени имел классов» и «сколько каждый ученик в течение означенного времени не имел классов», т.е. проводилась строгая ежедневная проверка присутствия учеников на занятиях. В конце учебного года проводились переводные и выпускные экзамены. Далее приводится пример текста для проведения экзамена по письму — «Экзаменационная работа по письму для старшего (2-го) отделения 1 класса Чебоксарского городского училища, 1889 год»: «В России две столицы: Петербург и Москва. Мы живем в городе Чебоксарах. Город Казань стоит на реке Волге. Река Волга широка, глубока и длинна.

Коровы, овцы, лошади и свиньи домашние животные. Рожь, овес, ячмень и просо, хлебные растения. Свой глаз алмаз. Чиж и еж жили на поле. Зимний день короток, летний долог. Наши ружья бьют без промаху. В огороде стояли улья, а в ульях был мед. Мед сладок, до него всякий падок».

Судя по приведенному тексту, экзамен по письму за курс городского училища (с учетом, что это была начальная школа) было не просто сдавать. Текст для диктанта требовал одновременно знания многих правил русского языка.

Каждый учитель уездного училища представлял училищу за каждый месяц «Ведомость об успехах и поведении учащихся уездного училища всех трёх классов». Штатный смотритель должен был каждый год представлять в дирекцию училищ ведомости о состоянии учебного заведения. После упразднения должности штатного смотрителя эти функции выполнял учитель-инспектор.

Учебный год в училищах завершался проведением Торжественного акта, на который приглашались все «любители общественного образования». Ниже приводится «Программа торжественного акта Чебоксарского училища, имеющего быть 20 июня 1849 года»: «Акт открывается пением молитвы. Ученик 2 класса Александр Орлов произносит приветственную речь. Производится испытание ученикам: в Законе Божием, русском языке, арифметике, геометрии, всеобщей и российской истории и географии, и в языках: латинском, французском и немецком. Учитель истории и географии Федоров читает рассуждение о постепенном образовании Отечественного языка. Учитель рисования и черчения Щепетильников провозглашает имена учеников, назначенных к переводу в высшие классы и удостоенных получения наград похвальными листами и грамотами. Законоучитель священник Краковский произносит речь к ученикам, в коей, прощаясь с окончившими из них курс учения, излагает им полезныя наставления для жизни. Ученик 2 класса Владимир Домонтович произносит благодарственную речь. Акт заключается пением молитвы».

Большое внимание руководство учебных заведений уделяло проблемам качества образования. Оно постоянно собирало информацию об успеваемости учащихся, их последующем продвижении в жизни. Так, в 1818 г. попечитель Казанского учебного округа предписал брать на заметку училища, в которых ученики имели небольшие успехи или вовсе их не имели, и потребовал от руководителей таких учебных заведений подробных объяснений.

3 ноября 1819 г. директор училищ Казанской губернии С. Н. Николаев издал особое предписание. В нем он указывал на тот факт, что среди 68 учеников Чебоксарского уездного училища ни один не завершил учебу «с похвалою». Штатный смотритель Чебоксарского училища титулярный советник Алексей Панфилов на такое замечание дал ответ: «Вступил я в должность декабря 28 числа и потому о учениках, обучающихся в 1818 г., по какой причине оныя весьма мало или не совсем никаких успехов не оказали, о сем объяснить вашему высокоблагородию не могу. Что же касается учеников 1819 г., которые во время бывшего публичного испытания в присутствии вашего высокоблагородия и прочих почетнейших посетителей гг. Чебоксарского городничего подполковника кн. Кропоткина, Уездного судьи титулярного советника Беляева, Уездного стряпчего коллежского секретаря Колчурина, Штаб-ротмистра Дебособра, инвалидной команды Командира подпоручика Сулуянова, Чебоксарского городового Магистрата секретаря Губернского Секретаря Белозерова и гг., присутствующих из духовных особ и прочих граждан в прошедшем август месяце 8-го числа, по окончании испытания отличившиеся ученики в знании награждены были за подписом вашего высокоблагородия и моим с приложением Училищной печати похвальными листами с книгами и без оных. А другие одними книгами. Кто же именно из учеников были чем награждаемы, о сем прилагаю у сего список, притом также почтеннейше объяснить имею, сколько я усмотреть мог во время продолжения моей службы по сему училищу, что ученики, обучающие в сем находятся более мещанские дети и господские слуги, которые едва выучатся читать и писать, тогда самовольно уже без всякого сообщения учителя из училища выбывают, хотя и были некоторые отцы призваны в училище, изпрашованы, почему их дети перестали ходить в училище к слушанию полезных для них наук, но оныя всегда отвечают гак, что для них очень довольно, если их дети умеют читать книги и писать, а прочие науки для их сословия детей находят они излишними. Посему училище всегда к прискорбию своему видит выбытие учеников по желанию их родителей, хотя и некончивших предположенных наук, о чем показываются в месячных «О успехах и поведении учеников» ведомостях, посылаемых от училища при рапортах к вашему высокоблагородию». Сохранившийся в фонде этого училища документ говорит о том, что в текущем году проведенное испытание действительно показало неплохие результаты. Из 15 человек, державших испытание, нет ни одного, кто бы был отчислен за неуспеваемость.

Большой интерес представляют «Объяснения о безуспешности училища» от 15 ноября 1819 г. штатного смотрителя Цивильского уездного училища С. Спиридонова, адресованные директору училищ Казанской губернии С.Н. Николаеву: «1) Г-н профессор и Кавалер Петр Сергеевич Кондырев, коему Советом Императорского Казанского университета препоручено было открытие училищ в Казанской губернии и усовершенствование оных во всех частях, положил начало существованию в городе Цивильске уездного и при нем приходского училища 23 сентября 1818 г. А как ученики, тогда вступившие, были очень слабы в чтении и письме, то с большим трудом можно было некоторых привести в состояние быть учениками только 1 -го класса и начать им преподавание предметов, требующих по уставу учебных заведений, в означенном классе: о чем было донесено и Вашему Высокоблагородию. 2) Годичного состояния, родители, занимающиеся, по большей части хлебопашеством, не чувствуя, что усовершенствования нравственных способносхях человека имеют благое влияние на его щастие, ограничивают образование детей своих только обучением чтения и письму. Как же скоро достигнут цели своих желаний, то, не давая знать училищу, берут из онаго для разделения с ними трудов, как в полевых, так и домашних упражнениях, или для оправления к письменным должностям. Училище же после сего поставляет обязанностию таковых за долговременное нахождение в классе изключить из списков. 3) Малолетним детям грубого воспитания, из каковых большей частью состоит училище, нескоро можно дать ясное понятие об отвлеченных видах и поселить в них любовь к просвещению. 4) Нравственные наказания не так сильно возбуждают к прилежному учению ленивых и закоренелых в невежестве детей. 5) Сначала лета и до окончания онаго естественные произведения отвлекают учеников от учения; ибо некоторые из них никаких детей и из дворовых, от имеющих над ними власть, большей частию употребляют время на собирание плодов или пастьбу молодых животных. 6) Учения в уездных училищах в силу устава учебных заведений § 94 долженствуют оканчиваться в 2 курса; то по краткости времени и по выше изъясненным причинам и не было в Цивильском училище учеников, окончивших учение с похвалою». По мнению штатного смотрителя, основная проблема была связана со стремлением родителей задействовать своих детей, т.е. учеников Цивильского уездного училища, в хозяйственных делах (это была проблема не только данного училища).

Большое значение в обеспечении качества образования в городских училищах была система визитации учебных заведений в целях ознакомления с положением дел на местах и оказания практической помощи. Так, вначале XIX в. П.С. Кондырев побывал практически в каждом народном училище Казанской губернии. Проведение визитаций предусматривалось в § 160 и 174 Устава. Следует отметить неформальный подход ученых из Казани в этой работе. В визитациях участвовали многие: от ректора до преподавателя. Но всегда только те, кто мог оказать неформальное воздействие на местное население и практическую учебно-методическую помощь.

Судить об успехах учащихся Ядринского уездного училища можно на основании записей из журнала, «составленного при обозрении Ядринского уездного училища» исполняющим должность директора казанских училищ адъюнктом Михаилом Рабушкиным 27 февраля 1824 г.: «1. Исправляющий должность Директора казанских училищ прибыл в училище в 2 часа пополудни и нашел налицо учеников второго класса ... 11, первого ... 17, приготовительного ... 30. 2. Ученики первого и второго классов испытываемы были совокупно в Законе Божием: из Святой Истории до Нового Завета ... изустно выученно, знают хорошо, из Пространного катехизиса до Закона Божия второго класса ... изустно выученно, знают хорошо, а) Азы Российской Грамматики до словосочинения ... грамматику знают очень хорошо, б) Азы второй части Арифметики до именованных шкал дробей ... практические задачи делали хорошо, в) Азы Российской Истории до нашествия татар ... на вопросы ответы делали удовлетворительные. г) Азы Всеобщей Географии до королевства Виртембергского ... отвечали удовлетворительно и на картах показывали хорошо, д) Азы Российской Географии: границы, моря, озера, реки и горы ... отвечали хорошо.

Первого класса, а) Из Российской грамматики до спряжения глаголов ... успехи показали хорошие, б) Из первой части Арифметики до сложения именованных чисел ... арифметические задачи делали хорошо. Сверх того рассматриваемы были успехи учеников в чистописании. Пишут хорошо, но не довольно правильно, о чем предложено г. Учителю, дабы он на сие обращал больше внимания...

В подготовительном классе ученики были испытываемы в чтении, письме и первых правилах арифметики — пишут и читают хорошо, а некоторые ученики из начальных правил арифметики практические задачи делают очень изрядно».

Из приведенных записей видно, что ученики приготовительного класса старательно учили священную историю и катехизис, зато ученики первого и второго классов обращали больше внимания на всеобщую историю и российскую грамматику. Арифметика усваивалась скорее прилежными учениками, чем способными аналитически мыслить. Это видно из анализов классных журналов училища. В целом же директор казанских училищ Львов был доволен и учителями, и учениками, и училищной библиотекой.

Вышеприведенные примеры, однако, не отрицают наличия проблем в качестве успеваемости учащихся. Недостатки замечали сами учителя и руководство училищ. В 1850 г. штатный смотритель Чебоксарского уездного училища Попов в своем докладе Директору училищ Казанской губернии отмечал: «Некоторые из учеников... читают сбивчиво и нередко делают ошибки против правил слогоударения», — и ходатайствовал о введении в 1 классе Чебоксарского училища «чтения книг церковной и гражданской печати».

В изучаемые годы в начальном образовании наметилась тенденция к прикладному характеру обучения. В связи с этим на заседаниях педагогического совета поднимался вопрос о том, «какие отрасли промышленности занимают жителей Ядрина и его уезда, и какие учебные предметы и в какой степени могут быть для них полезны». Однако после многократного обсуждения его учителя пришли к выводу, что «детям их ближе всего нужно первоначальное образование, и в особенности обучение чтению и письму». Как отмечал директор уездных училищ Казанской губернии, успехи учеников Ядринского уездного трехклассного училища оставляли желать лучшего. В ответ на его предписание «объявить причины, безуспешно оказавшейся полугодичной ведомости» педагогический совет сообщал, что «из учеников Ядринского уездного училища, получивших среднюю отметку, слабыми признано только 8, а прочие отмечены оценкою «3», ибо отметка «3» у нас считается аттестацию хорошею и особенно для тех учеников, которые знают, но не могут объяснить своими словами ... их получают уже те, которые оказали очень хорошие успехи». В ежегодных отчетах о состоянии и работе училища указывалось, что «в отношении этого предмета по разногласию суждений не были доведены до общего результата, и поэтому замечания членов Педагогического Совета не были удостаиваемы местными отзывами Дирекции, просто споря клонящихся к возбуждению единодушия, чтобы оживить такие беседы и дать им надлежащее направление».

Анализ классных журналов Ядринского уездного трехклассного училища (1835—1908 гг.) показывает, что средняя успеваемость по Закону Божьему во всех трех классах составляла «3». 30—50% учеников по этому предмету получали «3», 30% — «2», 10% — «1», 10% — вообще не ходят на занятия. Оценки «4» или «5» по Закону Божиему практически не встречаются. Поведение большинства учащихся оценивалось на «3». Примечательно, что ученики показывали стабильные результаты, без резких изменений в сторону улучшения или ухудшения в начале, середине или конце учебного года.

Напротив, отметки по чистописанию, черчению и рисованию имели сезонные колебания. Наиболее высокими они были в феврале-апреле: «5» — 40%, «4» и «3» — 30%, «2» — 20%. 10% учащихся, как правило, не ходили на занятия. В начале и конце учебного года успеваемость по этим предметам снижалась. Оценки за поведение сопоставимы с оценками за успеваемость. Вместе с тем основными оценками за поведение были «3» (около 50%) и «4» (30-40%).

Для отметок по русскому языку был характерен больший разброс. Наиболее распространенными оценками были «2» и «3». В каждом классе всегда были 1—2 человека, получавших «4» по русскому языку за весь год обучения, отметки остальных могли колебаться между «2» и «3», повышаясь или понижаясь, но общее количество учащихся на «2» и «3» оставалось постоянным. Ученики, получавшие «1» по русскому языку, имели такую же оценку (или «2») и по другим предметам. Поведение большинства учеников на уроках русского языка оценивалось на «4», однако в конце учебного года оно ухудшалось до «3».

Отметки по арифметике и геометрии распределялись следующим образом: «2» — 40%, «3» — 30%, «4» — 20%. Наиболее высокая успеваемость фиксировалась в сентябре—октябре, затем наблюдается небольшой спад и последующая стабилизация. Преобладающей оценкой за поведение на уроках арифметики и геометрии была «4», но к концу учебного года она понижалась до «3» (исключение составляли ученики, получавшие «4» и «5», — им преподаватель выставлял за поведение «4»).

В целом успеваемость учеников напрямую зависела от количества пропущенных занятий. Только в третьем, выпускном, классе эта зависимость не такая сильная. Так, ученик, получавший «4», мог пропустить гораздо больше занятий, чем ученик, имевший «2». Количество пропусков занятий традиционно возрастало к концу учебного года.

Ежегодно проверке подвергалось и Алатырское городское училище. В 1870, 1872 и 1873 гг. училище осматривал инспектор народных училищ И.Н. Ульянов. Учитель-инспектор постоянно посещал уроки, давая им письменные оценки: «Мальчики читают и рассказывают прочитанное недурно, пишут под диктовку порядочно, но из арифметики считают в уме и на счетах слабо. Из Закона Божия, кроме молитв, ученики знают Символ Веры»; «ученики рассказывают прочитанное порядочно, пишут с прописей и под диктовку недурно, из арифметики считают в уме быстро и отчетливо. Вообще учебная часть в удовлетворительном состоянии, жаль только, что мальчики неаккуратно посещают школу. Из 26 учеников при мне было 19». Учитель-инспектор обращал внимание не только на учеников, но и на учителей, зачастую делая им замечания: «Нельзя не заметить, что учитель слишком резко относится к ученикам, и желательно, чтобы он, по возможности, реже ставил провинившихся учеников на колени, а больше бы внимания им уделял».

Училища регулярно проверялись вышестоящими органами. В 1902 г. Цивильское городское училище два раза осматривал инспектор народных училищ Казанской губернии — 6 сентября и 19 декабря. 1 мая 1904 г. ревизию училища провел директор народных училищ Казанской губернии.

В 1907 г. инспектором народных училищ в результате обследования Чебоксарского городского училища были отмечены следующие недостатки, которые в основном касаются воспитательного процесса и его результатов: «прекращены объяснения воскресных Евангелий О. Законоучителем»; «при предметной системе преподавания (вместо классной) потерялось воспитательное влияние учителей на учеников»; отсутствие единодушия между преподавателями: «Открытая неприязненность проявляется со стороны преподавателей Горшкова и Малахова к учителю Бочкареву, с которым названные преподаватели не здороваются и не подают ему руки»; «отсутствие должной опрятности и эксцентричности в костюме учеников, в тетради и в классных комнатах», несвоевременность прихода учеников на молитву и занятия, недостаточно вежливое обращение учеников друг с другом и в отношении к преподавателям, «небрежность в исполнении письменных работ учениками третьего класса, безучастное отношение учеников этого класса к преподаваемому на уроках».

Таким образом, на основе сказанного можно сделать следующие выводы. За все время своего существования училища испытали определенные изменения в содержании обучения. Несмотря на некоторую корректировку учебных планов на протяжении всего времени их существования, традиционно курс обучения в городских училищах предполагал изучение следующих предметов: Закон Божий, российский язык, арифметика, геометрия, история всеобщая, русская история, география, физика, черчение и рисование, т.е. школа, давала общеобразовательную подготовку. Вначале XX в. в городских училищах начали преподавать иностранные языки.

Помимо обязательных учебных занятий, ученики посещали за дополнительную плату занятия по музыке (игра на скрипке, виолончели, гитаре и т.д.), участвовали в любительских спектаклях и литературных вечерах.

В организации учебного процесса особенность городских училищ Чувашского края сводилась к тому, что в силу полиэтнического состава учеников, для большинства из которых русский язык первоначально был незнакомым, увеличивалось число часов на изучение этого предмета. По причине специфики региона в отдельных случаях (с официального разрешения и даже поощрения руководства) открывались курсы, дававшие специальную сельскохозяйственную, ремесленную или педагогическую подготовку. Особо следует отметить роль педагогических курсов в истории края. Они сыграли свою важную роль в подготовке кадров для начальной народной школы. В остальном в городских училищах Чувашского края преподавались те же самые предметы, что и в городских училищах всей Российской империи.

В преподавании предметов школьного курса использовались разные методы. Например, объяснительного чтения, беседы (катехизация), наглядного обучения, письменные и самостоятельные работы. В зависимости от предмета преподавания, учителя могли использовать преимущественно те или другие методы. Материально-техническая база школ позволяла широко использовать методы наглядного обучения. В училищах имелись специально оборудованные учебные кабинеты. В кабинете естественной истории имелись карты и глобусы (небесные и земные). Был специальный кабинет физики. В училищах имелось достаточное количество других учебных средств: собрание предметов для рисования и черчения, математические готовальни и прочее.

В целом на протяжении второй половины XIX—начала XX вв. происходило совершенствование методики преподавания предметов, повышались требования к квалификации и профессиональным навыкам учителей.

Учительство активно занималось обсуждением проблем методики преподавания дисциплин, поведения и успеваемости учеников. Для успешной организации этой деятельности регулярно собирались педагогические советы в училищах: «в присутствии штатного смотрителя и учителей наук», главная цель которых состояла в том, чтобы «общими усилиями следить за ходом преподавания, подвергать общему рассмотрению успехи учеников», а также устранять причины «неудовлетворенностей».