ЧЕБОКСАРЫ - СТОЛИЦА ЧУВАШИИ



Основное меню



Меню о Чувашии



  • chebox_1.jpg
  • chebox_2.jpg
  • chebox_3.jpg
  • chebox_4.jpg
  • chebox_5.jpg
  • chebox_6.jpg
  • chebox_7.jpg

Памятники искусства

Памятники искусства.

И в позднее средневековье сохранение и развитие изобразительного и певческого искусства в России в значительной мере были связаны с православной церковью. Она, выполняя свои духовные функции, эффективно использовала не только мощь слова, но и силу изобразительного и музыкального искусств. В храмах Чебоксар хранились замечательные памятники искусства XV—XVII веков. В XVIII столетии создавались новые произведения. К сожалению, к настоящему времени сохранились лишь немногие из них.

Сведения о росписях на церковных стенах, иконостасах, иконах и предметах богослужения, являющихся памятниками искусства и культуры, содержатся в ряде книг, из которых выделяется книга «Приволжские города и селения Казанской губернии» (1892) и издания последнего времени.

Памятники искусства-001

Настенные росписи и фрески имели почти все храмы. На стенах Введенского собора сохранились фрески начала XVIII века (некоторые авторы их относили к XVII веку) на сюжеты Священной истории. А.И. Некрасов в 1930 году писал: «Наиболее замечательны Чебоксары XVIII века своей живописью, среди которых на первом месте стоит серия монументальных стенных росписей». По его мнению, роспись Введенского собора, выполненная в Петровскую эпоху, перебрасывает мост между древним и новым искусством. В данной росписи моменты графики и абстракции указывают на присутствие в какой-то мере нарышкинского стиля. Это свойственно только для росписи сводов, где «линейно данные образы, плоские и почти лишенные плоти, связываются в декоративном плетении линий. Красные и серые краски не создают колоритных комбинаций, и живопись кажется подкрашенным рисунком. Такова же она в колористическом отношении и на стенах, где, к удивлению, развивается из станковых картинок». Далее А.И. Некрасов отмечает, что «своды собора заполнены сценами из Нового Завета («праздниками»). Подобно перекрытиям, одно в другое, и эти изображения не разделены между друг другом, и наползают друг на друга. В них прописаны большим количеством довольно коротких тяжеловесных фигур, почти лишенных действия. Изображённое жёстко без движения и повёрнуты прямо. Объёмы трактованы плоскостно. Идея реализации подачи сути происходящего — в сцене Успения на своде стены обращённой к северу, там где прописаны три столба которые на себе несут арки, в просвете между ними плоскость идентичная первому виду с другой стороны, прорезана слюдяными окнами — прием, типичный для начала XVII века».

Но, продолжает автор, наряду со старинными приемами изображения праздников «и особенно огромных вытянутых фигур отцов церкви и князей на восточной части северной и южной стен мы видим и зачатки новых веяний в клеймах акафиста северной и южной стен». Торговые сношения с западом, проникновение в Россию книг с гравюрами приводили к заимствованию некоторых художественных явлений соседних стран. «Похожими на скопированное относятся отображения логотипа стен по югу и северу к акафисту Божьей Матери и Иисусу. Это совершенно одинаковые по размерам прямоугольники, разделенные между собой белой чертой с двухстрочной подписью внизу. Это как бы большие листы иллюстраций, вырезанных из книги и наклеенных рядами на стену. Композиция их не сложна, обычно вертикально построена и уравновешена. Очень похожи на западнорусские гравюры XVII века. Ноты наступающей эпохи барроко не просматриваются, но идея витает в воздухе, чуть примитивная чувственность массы, перевес этой массивной тяжести контуров и линией, которой больше не любопытны, отсутствуют возвышения, а гористую местность меняют пологими холмами. Кое-где изображены здания, массивные и грузные, лишенные уже условной и абстрактной конструктивности XVII века... В изображениях показана приземлённость и статичность. В цветах преобладает неброские серые и зелёные, занимает полное отсутствие голубых тонов». Росписи Введенского собора исследованы и наиболее характерные моменты воспроизведены А.И. Мордвиновой в изданной в 2009 году книге «Введенский собор города Чебоксары».

Памятники искусства-002

Роспись Николаевского собора (Предтеченской церкви) датируется 1781 годом. Она носит своеобразно претворенные черты позднего барокко. Для нее, по определению А. И. Некрасова, характерны отвлеченная живописность, декоративность, неустойчивость, невесомость и асимметричность движения (рококо), буйная радость жизни, вихревое действие, где крутятся, и взаимодействуют все части картины. «Начальная ориентация небесного с золотом и увядших бледных тонов превратились здесь в множество золотых нагромождений, голубизна в обилии неба и воздуха — в захват бесконечного пространства. Даже в медальонах со сценами из Апокалипсиса, также, вероятно, с известных сцен часто обозримых и прописанных в храмах, большее внимание уделено не мелким фигуркам, а общему виду, небесному своду. Иллюзорность геометрии (натуральность облаков), неправильность видов, супротив чёткости строительных форм, делают снос и придают новые горизонты не ограниченные стенами». Исследователь отмечает, что предтеченской росписи очень близка роспись Христо-Рождественской церкви.

Памятники искусства-003

Роспись Воскресенской церкви представляла собой любопытнейший образчик живописи конца XVIII века. Исключая поздние рогатые обрамления, А.И. Некрасов считает, что первоначальный фон между медальонами был голубой, и обрамление более умеренное и спокойное. В росписи чувствуются неуравновешенность и асимметрия общего построения, преувеличенная сильная жестикуляция, белесоватая яркость красок. Мучнисто-белые лица изображены почти без теней, дуги бровей и пухлые красные губы сильно подкрашены. «Эклектичность сказывается в набранных отовсюду мотивах, зачастую мало согласованных, какие-то остатки более сильного и пышного времени хранит в себе только ангел Благовещения в арке, отделяющей трапезную от главного храма. В нем нет и следа иконописной строгости и мысли о культовом назначении: одежды развеваются так широко, что вся нога обнажена, поза почти танцующая; это персонаж пышной феерии и театрального действа. Публикой вполне могут служить фигуры росписи западной стены, изображающие дочь фараона со служанками. В данной росписи любопытно претворение портретного искусства этой эпохи, переданы мелочи костюма и прически, вплоть до ленточки на шее и букетика в волосах».