ЧЕБОКСАРЫ - СТОЛИЦА ЧУВАШИИ



Основное меню



Меню о Чувашии



  • chebox_1.jpg
  • chebox_2.jpg
  • chebox_3.jpg
  • chebox_4.jpg
  • chebox_5.jpg
  • chebox_6.jpg
  • chebox_7.jpg

Обеспечение государственной устойчивости

Обеспечение государственной устойчивости.

Через Чебоксарский уезд проходила большая столбовая дорога Казань—Москва, 30 верст которой и два моста по три сажени обслуживались крестьянами уезда, причем лес для ремонта использовался «в тех местах из собственных их дач також».

Как крестьянами, так и горожанами отбывалась постойная повинность. Основным видом постойной повинности, по-видимому, являлось размещение на обывательских дворах расположенных по городам полков или сбор денег на содержание войск. Исполнение распоряжения по отводу войск на постой по губерниям пришлось на 1711 год, а указ об отводе квартир вышел 7 сентября 1713 года. На территории Чувашии в 1720—1750-х годах были расквартированы Казанский, Рязанский, Владимирский полки и часть Вятского полка. В Чебоксарах постоянно находились воинские части. На основании делопроизводственных материалов воеводской канцелярии можно сделать вывод, что и командование местным гарнизоном являлось заботой воевод. Они приводили военных к присяге: «К сей присяге показанных премьер-майора Теренина, ундер-лейтенанта Голцова и прапорщика Старосельцева приводил в Чебоксарской Воскресенской церкви...». Размещение и обеспечение расквартированных на территории города и уезда войск, обеспечение солдат продовольствием и жалованьем также входило в поле деятельности воевод: «...всем ундер-офицерам и редовым правиант и крупу давать в натуре от канцелярии или по продажной цене деньгами...» — говорилось в указе. С Чебоксар и уезда ежегодно собиралась очень значительная сумма на содержание Казанского (10479 рублей 13 копеек) и Рязанского (2822 рубля 16 копеек) драгунских полков.

Обеспечение государственной устойчивости-001

В Свияжской провинции в 30-х годах XVIII века располагались Вятский, Рязанский, Казанский драгунские полки. На их содержание воеводы всех уездов, в том числе и чебоксарские воеводы и приказные служители, собирали специальные средства. Такой сбор не обходился без эксцессов. В 1731 году Свияжская провинциальная канцелярия разбирала дело по прошению чуваша Чебоксарского уезда Гераски Ибдулова с жалобой на штабной двор Рязанского драгунского полка о «сборе с уездных людей насилием скота, денег и прочего». В 1745 году провинциальный воевода вынужден был сделать распоряжение относительно Владимирского драгунского полка, расположенного в Чебоксарском уезде, заключающееся в том, что «если провианта и фуража добровольно достать будет невозможно», то в тех местах предлагалось скупать у крестьян продукты по рыночным ценам с выдачей расписок. Сотрудничество воевод и войск, определенных на постой, было взаимовыгодным: полковые дворы помогали местной администрации собирать подушную подать.

Указ об отмене постоя в домах.

Указом от 8 июля 1737 года определялись дома для постоя. Ново построенные каменные дома и дворы освобождались от постоя в случае, если в них проживали хозяева. Если домовладелец имел помимо вновь построенного каменного дома еще двор (деревянный или каменный), то на таких дворах предписывалось ставить постой «у всех, какого бы чина кто ни был».

Обеспечение государственной устойчивости-002

Размеры постойной повинности, падавшей на горожан и сельчан, были обременительными. Их тяжесть усугублялась еще и тем, что помимо воинских постоев немало было и других. На посадские и крестьянские дворы ставились и административные чины, и экстренно командируемые в данный город, и проезжие чиновники, и пленники, и ссыльные. В 1775 году указом от 13 июля правительство постановило, что, в случае отсутствия в городе казенных сооружений в органах управления должны «становиться на постой». На тяжесть этой повинности обращают внимание статьи городских жителей в наказах. В вышеотмеченном наказе чебоксарского купечества сказано, что всю тяжесть постоев несут на себе в основном купцы и цеховые.

Повинности и обязанности жителей.

Продолжала сохраняться работная повинность. В 1729 году Чебоксарская воеводская канцелярия отправила на строительные работы в Казань 15 плотников из Чебоксар и уезда. Весной того же года 100 жителей уезда были отправлены на «подчистку и зарубку молодых дубов». В 1732 году чуваши Чебоксарского уезда были «наряжены» на строительство второй Закамской линии. В 1737 году Казанская губернская канцелярия отправляла «для исправления» Азовской крепости мастеровых и работных людей. Предстояло разверстать эту повинность по всей Свияжской провинции по человеку с 284,5 душ, учитывая, что в Чебоксарском уезде числилось 20214 душ мужского пола, вероятно, был отправлен 71 человек. В 1738 году двое из отправленных — каменщик Преображенского монастыря бобыль П.С. Сундыренин и разночинец Я.Г. Хрулев — сбежали по пути. В начале 1750-х годов из жителей уезда набрали 86 работников на соляные суда баронов Строгановых и пермских промышленников. В 1759 году близ Чебоксар для перевозки эльтонской соли строилось около 20 машинных судов. Работников первоначально набирали по найму. В целях ускорения строительства Свияжская канцелярия прислала указ о сборе с Чебоксарского уезда 50 человек с лошадьми. В 70-х годах работников с топорами и лопатами пешим путем высылали в Азов и крепость Святого Димитрия. Из Чебоксарского уезда с 24654 человек отправили 15 работников. Таким образом, значительную часть работы уездной администрации составлял сбор всех видов налогов и контроль над выполнением всех государственных повинностей.

Обеспечение государственной устойчивости-003

За воеводами сохранялись и такие функции, как проведение рекрутских наборов: «...доношение в Чебоксарскую воеводскую канцелярию которым объявлено, что дозволено рекрут с чебоксарского купечества звать...сообщить в Сенат в канцелярию усмотрения над подушным збором и набору рекрут князю господину Путятину». Рекрутская повинность была очень обременительна для всех слоев населения. В период с 1733 по 1773 годы во всем государстве проводилось 29 рекрутских наборов, исключая наборы запасных и драгунских лошадей. А именно, в 1733 году указом от 24 сентября — 1; в 1734 (15 октября) — 1; в 1736 (3 сентября, 28 декабря) — 2; в 1737 (22 сентября) —1; в 1738 (3 июля, 11 декабря) — 2; в 1739 (8 января, 20 августа) — 2; в 1740 (7 ноября, 30 декабря) — 2; в 1741 (18 сентября) —1; в 1743 (11 февраля)—1; в 1746 (13 декабря) —1; в 1747 (27 января) —1; в 1749 (14 декабря) — 1; в 1754 (21 ноября) — 1; в 1755 (21 июля) — 1; в 1757 (23 декабря) — 1; в 1758 (30 августа) — 1; в 1759 (18 сентября) — 1; в 1767 (6 октября) — 1; в 1768 (14 ноября) — 1; в 1770 (20 июля) — 1; в 1771 (2 сентября) — 1; в 1772 (24 сентября) — 1; в 1773 (25 августа) — 1. Государственные органы управления следили за своевременным сбором рекрутов в Чебоксарском уезде. Хотя последних выбирали сами крестьяне на мирском сходе, воеводские канцелярии контролировали этот процесс. Судьба солдата была незавидной, поэтому многие крестьяне пытались каким-либо образом избежать этой участи. Во-первых, община пыталась сдать тех людей, кто за преступления отправлялся на поселение в Сибирь. В 1771 году в деревне Байгулово Туруновской волости на поселение отправлялись И. Егоров Ларишка с женой и детьми Г. Ивановым и И. Ивановым, И. Васильев. Община ходатайствовала в канцелярии, чтобы их зачли как рекрутов. Во-вторых, сами крестьяне бежали, узнав, что их выбрали в солдаты. Известны несколько случаев преступлений при поимке в рекруты: в 1774 году новокрещен деревни Чотоковы Шерданской волости, И. Яковлев Олменей, определенный в рекруты, зарезал поимщика И. Степанова, новокрещен деревни Третьей Янгильдины Кинярской волости В. Гаврилов Бардас убил односельчанина А. Васильева Андриюху, в деревне Ходары Туруновской волости новокрещен А. Семенов убил рогатиной Ф. Тарасова.